Библиотека журналиста... Все, что вы хотели знать о журналистике...
СМИ вообще | пресса | радио | телевидение | интернет

СМИ вообще

01 ноября 2004 года

Глава 6.
От идеи к материалу

Книга "Журналистские расследования: современные методы и техника"

В этой главе рассматриваются технические приемы, которые увеличат ваши шансы создать выдающийся журналистский материал, в том числе некоторые советы, как выйти на более значимую тему, заинтересовать ею редактора и лучше подать материал читателю. Эти советы помогут и репортеру, и корреспонденту, и журналисту-аналитику, полностью занятому подготовкой серьезной статьи или серии статей.

У хороших идей есть два источника.

Бывает, что умным редакторам, которые много читают, активно общаются с окружающими и знают настроения общественности из писем в редакцию, приходит в голову идея материала, которую они дарят журналистам.

Такое происходит в одном случае из ста. В остальных девяносто девяти случаях источником хороших идей являются журналисты. Идея может возникнуть в голове журналиста потому, что его источники остаются недовольными качеством корреспонденцией, или потому, что в руках журналиста может неожиданно оказаться важный документ, или в силу какой-то другой причины, не имеющей отношения к талантам журналиста, а скорее связанным с распространенным мнением, что обращение к журналисту - наименьшее из всех зол.

Бывает и так, что осторожные репортеры, у которых хватает смелости лишь на ежедневные сводки городских новостей, равнодушно проглатываемые читателями, вдруг выходят с отличной идеей, видя в этом средство коренного перелома в журналистской карьере.

Но есть также умные и талантливые журналисты, которые хотят выяснить причины сбоев в работе общественных механизмов и находят понимание редакторов. Эти журналисты профессионально разрабатывают "месторождения" информации, применяя, где нужно открытый и горнопроходческий методы, определяют модели и находят новые источники.

Проработав многие годы редактором и общаясь со своими источниками - другими редакторами и журналистами, я выработал некоторые приемы, увеличивающие возможность прийти к хорошей идее очередного материала. Регулярно я заставляю себя прибегать к этим приемам.

Генерирование идей

  • Время от времени я покидаю свой кабинет, чтобы поговорить с журналистами, которые ни разу не принимали участия в работе над серьезными аналитическими статьями, а таких большинство. У журналистов, не привыкших к тому, чтобы редактор вышел просто так поболтать, это вызывает тревогу. Но в конце концов их можно убедить, что вы не хотите дать им дополнительную работу и попросить сделать обычную работу досрочно.
    Я не спрашиваю, нет ли у них хороших идей для серьезной статьи. У журналистов, которые не работали над аналитическими материалами, редко появляются "идеи материала", хотя имеется множество соображений о публикуемых нами материалах, как правило, критических. (Например: "И для этого потребовалось три месяца?" или "А что здесь нового? Я давно это знал".)
    Я просто спрашиваю, что нового? И часто случается, что рядовые журналисты располагают морем информации, которую можно доработать до уровня большого аналитического выступления газеты. Тогда я спрашиваю журналиста, можно ли использовать полученные сведения для работы над таким материалом и не согласится ли он (или она) принять участие в этой работе?
    В случае согласия я прошу журналиста написать мне записку, содержащую всю информацию, имеющую отношение к теме, и начинаю действовать по административной цепочке. Если журналист отказывается, я обсуждаю идею с другими редакторами, и порой в результате начинается работа над материалом. В этом случае мы возвращаемся за советом к первоначальному источнику идеи.
    (Иногда я забывал сделать это, что обязательно приводило к напряженным отношениям между людьми, которые легко снять обычной вежливостью. Кроме того, по крайней мере на начальном этапе подавший идею журналист больше других осведомлен о предмете готовящегося материала.)
  • Я всегда прибегаю к информационным ресурсам Содружества журналистов и редакторов, занимающихся расследованиями (IRE). Я читаю ежеквартальное издание "IRE Journal", а также ежегодник IRE, в котором описываются 100 лучших журналистских расследований года. Это великолепный источник идей. И если у меня появляется хоть намек на интересную тему, я звоню в IRE и спрашиваю об уже проведенных расследованиях такого же плана, информация о которых хранится в банке данных Содружества.
    Для максимального использования полученной информации следует позвонить авторам и редакторам заинтересовавших вас расследований и поинтересоваться, с какими трудностями им пришлось столкнуться и как они выходили из положения.
  • Многие из примерно 200 газет, обычно публикующих амбициозные материалы, имеют обыкновение распечатывать их отдельной тетрадкой и рассылать коллегам-журналистам и другим газетам.
    В вашу редакцию каждый год поступает множество таких распечаток. Собирайте их. Я, например, не оставляю без внимания ни одну из них, и раз в году студент-стажер по моему поручению составляет рефераты и вводит их в память компьютера по разработанной мной схеме. Таким образом, в моем распоряжении имеется электронная база данных, содержащая около 300 описаний лучших журналистских расследований, с которыми я сталкивался за 6 лет работы в газете.
  • Как уже говорилось в третьей главе, я также имею обыкновение просматривать базы данных на компактных дисках CD-ROM.
    Хочу только напомнить: не забудьте просмотреть содержание собственной газеты, прежде чем предлагать идею нового аналитического материала. Это может избавить вас от неловкого положения, когда выяснится, что газета уже об этом писала.
  • Еще одно предложение, которое не только принесет пользу, но и развлечет вас. Сходите в библиотеку.
    Страшно подумать, но большинство журналистов теряют привычку читать. Редкий журналист, например, а то и редактор полностью прочитывает газету, в которой работает. Многие из нас прочитывают ровно столько, сколько нужно для выполнения задания редакции, и проглядывают выпуск газеты, чтобы оценить потуги коллег.
    Заглядывайте в библиотеку, читайте все подряд, и вам может повезти.
    Подойдите к полкам и просмотрите содержание различных журналов, невзирая на тематику - от живописи до клонирования. Отберите полдюжины статей по темам, о которых вы имеете представление. (Это, конечно, нетрудно. Труднее перейти от общего к более конкретному представлению за время, оставшееся до пенсии.) Из этих статей отберите одну-две, которые противоречат вашим представлениям. Прочитайте их, снимите копии и заведите специальные папки, вернувшись в редакцию. В библиотеке, где я записан, по моему заказу делают ксерокопии за счет редакции.
    Затем перейдите к специальной периодике, например по вопросам государственного управления или, что доставит вам особое удовольствие, к журналам, в которых социологи обсуждают свои проблемы. Это даст вам представление о проблемах, которые, по мнению специалистов, наиболее актуальны для них и для нас. Часто здесь можно обнаружить великолепные идеи для дальнейшей журналистской разработки.
    Например, если вы переворошите кучу журналов по библиотечному делу за последние десять лет, вы обязательно столкнетесь с идеей для проблемной статьи, которая обсуждается в библиотечных кругах, но имеет отношение ко всему обществу. Дело в том, что стоимость информации стремительно возрастает, а бюджеты библиотек остаются без изменения или сокращаются. Многие библиотеки стали взимать плату за услуги, которые традиционно были бесплатными. Эта ситуация вызвала активную дискуссию среди библиотекарей, многие из которых считают, что библиотекари - последнее прибежище для бедных, где они могут получить ту информацию, за которую богатые в состоянии заплатить.
    Ваши читатели, безусловно, проявят интерес, если вы ознакомите их с различными точками зрения и проведете по библиотекам вашего города в хорошо подготовленной серии статей.
  • Иногда лучшим решением будет признать, что идея материала никуда не годится, и отказаться от нее.
    Нередко после разговора с журналистом, предлагающим очередную тему, мы оба приходим к выводу, что на ее разработку нет смысла тратить недели и месяцы нашей короткой жизни.
    Я всегда задаю журналистам два контрольных вопроса. Стали бы они сами читать такой материал, если он не затрагивает их непосредственных интересов? В чем состоит основной смысл материала, оправдывающий работу над ним?
    Следует оговориться, что этот метод не всегда действует безотказно.

С чего начать

Мы не раз возвращались к утверждению, что на основные препятствия на пути к добротному аналитическому материалу вы наталкиваетесь, не выходя из здания, в котором работаете.

По ту сторону вам действительно могут попасться неразговорчивые источники или вас всего лишь могут ждать угрозы судебного преследования за пасквиль или убийства с последующим расчленением, от вас законно или незаконно будут скрывать информацию, а в довершение всего придется преодолевать собственное невежество в избранной области.

В редакции же многим журналистам не удается преодолеть самый первый барьер - получить согласие приступить к расследованию.

Но существует метод, который почти всегда срабатывает. Это "теория наживки", о которой я узнал от Боба Грина из газеты "Ньюсдэй", теоретика и практика журналистских расследований, которому мы все очень обязаны.

Более подробно этот метод описан в подверстке. Назовем лишь основные принципы.

Никогда не говорите редактору отдела о предлагаемом расследовании в общих чертах. Если, скажем, вы предлагаете разнюхать неполадки в мэрии, первым делом в голову редактора приходит: "Если ты отправишься разнюхивать, кому поручить репортажи с заседаний? Чем я буду ежедневно заполнять вашу полосу? Что скажу другим журналистам, которые тоже захотят на спецзадание?"

Но при этом все редакторы заинтересованы в горячем материале. Они клюют на интересные предложения и готовы пойти на жертвы ради успеха, по меньшей мере за пределами редакции.

Это значит, что вы должны затратить какое-то время, чтобы довести предлагаемый вами материал до приемлемого минимума. Другими словами, вы должны подобрать неизвестные пока факты, которые сами по себе уже могли бы послужить основой для забойной статьи на первую полосу, для завершения которой потребуется 3-4 дня на несколько интервью.

Но если вам дадут еще несколько недель на расследование, можно вскрыть злоупотребления гораздо большего масштаба.

После этого редактору можно рассказать о слухах, циркулирующих вокруг заинтересовавшей вас темы, которые уже надо проверять, и о том, что удалось выяснить другим журналистам, работавшим над аналогичными расследованиями.

Теперь мы имеем дело с конкретным проектом. Редактор подготовлен к тому, чтобы выделить время и деньги, потому что даже минимальный успех оправдает наживку.

Но это еще не все. Вот еще несколько идей, которые журналисты могут обсудить с непосредственным начальством.

Чтобы приступить к расследованию, вам следует установить для себя пороги и цели. Они помогут вам определить, находитесь ли вы на правильном пути и когда вы сможете выполнить поставленные задачи.

Что такое пороги? Приведем несколько примеров. Является ли расследуемое вами злоупотребление действительным нарушением закона, за которое негодяям грозит тюремный срок, или же это просто нарушение инструкций? Было ли это нарушением этических норм или обычной необязательностью? Ответы на эти вопросы имеют большое значение при планировании затрат времени и способа подачи материала. Достаточно ли просто описать обстоятельства или же статья должна быть юридически безупречной на уровне уголовного обвинения? Все эти соображения должны с самого начала приниматься во внимание и учитываться в ходе работы.

  • Журналист и работающий с ним редактор должны установить партнерские отношения, более крепкие, чем в обычных обстоятельствах.
    Для редактора это значит встречаться с автором каждый день и по свежим следам прочитывать все написанное. Это значит, что редактор должен знать о возникающих у журналиста проблемах и помогать в их разрешении. Если у редактора не хватает на это времени, он должен отказаться от этого задания. Аналитические статьи - это командный спорт. Ни в одной другой области журналистики не требуется такая степень взаимодействия.
    Для журналиста это значит своевременно делиться с редактором полученными сведениями.
    Это значит, что журналист должен фанатично регистрировать случившееся, чтобы его редактор (и соавторы, если таковые имеются) эффективно включался в работу и мог подсказать дальнейшие действия. Такая система увеличивает ваши шансы не забыть и не оставить без внимания те или иные обстоятельства.
  • После того, как ваша работа получила в редакции статус расследования или исследования, она не должна совмещаться с работой над другими материалами.
    Невозможно сосредоточиться, когда вам дают другие задания и назначают вам других редакторов. Чем раньше вы закончите аналитическую статью (и вернетесь к нормальной работе), тем больше она всем понравится.
    Мне еще не приходилось встречать журналиста, который охотно трудился бы над статьей в свободное от работы время. Я не встречал также аналитических статей, написанных между делом, которые читались бы как не написанные между делом. Но при этом нужно оговориться, что занятые в расследовании журналисты могут при необходимости отвлекаться в свои отделы. Если мне поступают такие просьбы от редакторов отделов, я никогда не отказываюсь, если только нас самих не прижимают сроки. Редакторы высоко ценят такую взаимовыручку, но почему-то забывают о ней, когда журналистов прошу у них я.
  • Наверно это закон природы: с аналитическими статьями лучше справляется команда в два человека, чем один или множество авторов.
    Большинство таких статей не под силу одному автору, когда их написание занимает много времени и сопряжено с трудностями.
    Два соавтора могут разделять трудности, поддерживать друг друга, восполнять недостатки, присущие каждому, служить резонатором друг для друга.
    Некоторые вещи они могут делать вместе, например проводить ранние или наиболее важные интервью; но многие вещи они будут делать порознь, беря на себя отдельные участки работы и тем самым сокращая время расследования.
    Если в авторском коллективе три и более человек, такой контакт установить сложнее, и без особой необходимости такие команды не стоит создавать.
  • Следует рассмотреть возможность работы в двух направлениях: по ходу подготовки окончательного материала публиковать самодостаточные статьи по полученным на это время данным. Необходимость таких промежуточных публикаций может быть продиктована, например, получением информации, что другие издания занялись вашей темой, или сведений, что герой вашего расследования собирается начать против вас судебное преследование.
    Естественно, нельзя публиковать такие материалы, если вы не уверены, что они на сто процентов верны и готовы для печати. Иногда нецелесообразно раскрывать только часть собранных сведений, чем бы вы ни руководствовались.
    Поэтому вы должны периодически оценивать собранные материалы под углом зрения возможности частичного их опубликования, если в этом возникнет необходимость. Старайтесь завершить эти фрагменты до перехода к следующим этапам расследования. Даже если они не будут опубликованы, вы остаетесь в выигрыше, так как часть вашего материала будет доведена до логического конца на раннем этапе расследования.
  • Простая табличка в две колонки может оказать вам огромную помощь в организации работы.
    В одну колонку вы заносите известные вам данные, которых на первых порах будет не так-то много. В другую - то, о чем необходимо узнать. В итоге получается такая картина:

    Мы знаем Мы не знаем
    Кеворкян здесь работает. Достать копию контракта.
    Все бумаги по недвижимости.
    Адрес Кеворкяна. Найти первичных свидетелей, очевидцев.
    Свидетель с чужих слов показывает, что это дело рук Кеворкяна. Мотив.
    Возможность.
    Мотивы других?
    Возможности других?
    Судебные документы.
    Прошлое Кеворкяна.

    По мере выяснения вопросов, содержащихся в правой колонке, данные переносятся в левую. При желании по этому же образцу составляется план действий, по которому можно судить, насколько успешно продвигается расследование.
    Я обратил внимание, что журналисты, пользующиеся этим методом, не проставляют в колонках даты. Редакторам следует это делать, чтобы табличка все время напоминала о неимоверном количестве дней, прошедших с начала работы над материалом.

  • Ведите хронологию.
    Кроме того, что хронология выполняет определенную функцию в реляционных базах данных, она сама по себе является полезным инструментом прослеживания тенденций и ассоциаций, которые не лежат на поверхности.
    Выписывайте в определенном месте каждое предложение, содержащее дату. В дальнейшем это могут быть только главные даты, но вначале вы еще не знаете, какие даты главные
  • Наконец, надо время от времени писать самоотчеты.
    Раз в две-три недели журналист должен записывать сам для себя, что удалось установить в процессе расследования. Лучше, если эти отчеты будут писаться в стиле статьи, и вот почему.
    1. Вы набиваете руку для окончательной редакции вашего материала. У вас есть возможность показать фрагменты редактору и коллегам и получить их замечания задолго до написания всего материала.
    2. Часто случается, что журналисты знают больше, чем предполагают. Составление самоотчетов может показать им, что раздел практически закончен и не хватает нескольких незначительных деталей. Удивительно, но иногда нужно положить слова на бумагу, чтобы обнаружить, что вы чего-то не знаете.
    3. В ходе работы над журналистскими расследованиями и исследованиями авторы и редакторы могут часами и днями спорить о том, каким образом лучше подать готовый материал читателю. Ограничьтесь коротким обсуждением этого вопроса в самом начале и позвольте авторам писать как им заблагорассудится. Тогда появится что-то конкретное, вокруг чего можно продолжать дискуссию.

Как готовить материал к опубликованию?

В предыдущих главах и подверстках к ним приводилось множество советов, как работать над материалом, и здесь мы не станем повторять или обобщать их.

Но есть одно общее правило, которое необходимо подчеркнуть. Очень редко материал удается просто потому, что вы натолкнулись на тему. Не надейтесь на везение. Думайте масштабно и с самого начала забрасывайте большую сеть. Сокращения можно сделать позже. Если вы в начале работы не приложите усилий к тому, чтобы создать отличный материал, скорее всего он таким не получится.

Везуха бывает только в лотереях, но мы знаем, насколько ничтожны шансы на выигрыш.

Теория приманки на практике

Рассмотрим на конкретном примере, как вы можете использовать в вашей работе теорию приманки.

Предположим, вы корреспондент газеты при муниципалитете и до вас доходят слухи о подозрительных отношениях одного из крупнейших в городе подрядчиков с начальником отдела снабжения муниципалитета. Назовем снабженца Уллменом, а подрядчика Кеворкяном.

Вы знаете, что вас не освободят от постоянного редакционного задания и не дадут времени, чтобы проверить эти сведения, поэтому вы закладываете основу для будущей реляционной базы данных - берете большой конверт из плотной бумаги и кладете в него первый листок с записью услышанного. Теперь можно начать сбор дополнительной информации.

При следующем посещении муниципалитета зайдите в бухгалтерию и попросите список 10 крупнейших контрактов за последние 10 лет. Вам нужны фамилии подрядчиков и общие суммы заключенных с ними контрактов. Никто не заподозрит вас в том, что вы интересуетесь компанией Кеворкяна (КК).

Через несколько дней вы заходите за списком или получаете его по почте. Итак, за этот период КК заключила с муниципалитетом 10 контрактов на общую сумму 10 млн долларов. Много это или мало? Можно ли сделать какие-либо выводы? Пока что неясно.

Вы возвращаетесь в муниципалитет и просите данные о торгах на контракты и ценах, предложенных конкурентами. Опять же, чтобы не высвечивать интересующую вас компанию Кеворкяна, вы просите информацию о 10 подрядчиках, получивших контракты на конкурсной основе.

Получив эти сведения, вы узнаете, что КК предлагала высшие цены на трех торгах, наименьшие - на трех и промежуточные - на четырех торгах.

Значит ли это что-нибудь для нас? Пока что не известно - трудно проследить закономерность.

Вы можете позвонить одному из помощников прокурора штата, которым обычно нечего делать, и спросить, обязательно ли контракт предоставляется подрядчику, предложившему самые низкие цены. Ответ отрицательный.

При следующем посещении муниципалитета получите данные о недвижимости, принадлежащей Уллмену. Вас ждет сюрприз - он купил свой дом у компании Кеворкяна. Ничего противозаконного в этом нет, но уже интересно…

Теперь можно позвонить в Содружество журналистов и редакторов, занимающихся расследованиями, и спросить, есть ли у них материалы журналистских расследований о деловых отношениях подрядчиков с городскими властями или найти в редакции человека, сведущего в этом предмете. Так вы узнаете о системе пересмотра контракта.

Предположим, КК получила подряд на асфальтирование улиц на сумму 9,2 млн долларов. Приступив к работе, компания обнаруживает плохой грунт, или подземные воды, или десятки других легитимных поводов для удорожания работы. КК возвращается в муниципалитет, где полученный контракт пересматривается в сторону увеличения суммы выплат. И кто, вы думаете, утверждает пересмотренные контракты? Уллмен! Никаких публичных слушаний, никаких объявлений о торгах - только Уллмен или во всяком случае его отдел.

Вы снова направляетесь в муниципалитет, чтобы узнать общие суммы выплат в долларах 10 крупнейшим подрядчикам. Простой подсчет показывает, что пересмотр контрактов, подписанных с КК, увеличил сумму выплат этой компании на 43%, а средняя сумма выплат другим строительным компаниям в результате пересмотра контрактов с ними составила 13%. Через одно из ведомств штата, регулирующее сферу строительных работ, вы узнаете, что средний показатель увеличения выплат в связи с пересмотром контрактов - 15%. Обзвонив по справочнику "Энциклопедия ассоциаций" несколько других штатов, вы узнаете, что в целом по стране этот показатель колеблется на уровне 10-20%.

Это значит, что Кеворкян зарабатывал на пересмотре контрактов втрое-вчетверо больше среднего уровня по стране и штату.

Теперь у вас есть приманка, которую вы можете выложить перед редактором. До вас дошли слухи о подозрительных отношениях подрядчика с начальником отдела снабжения муниципалитета. Вы кое-что проверили и оказалось, что Уллмен купил дом у КК, что Уллмен или его отдел на протяжении последних 10 лет утверждал пересмотренные контракты с КК на миллионы долларов по нормам, которые значительно превышают средний уровень.

Вы просите у редактора недельку, чтобы закончить работу - взять интервью у Кеворкяна и Уллмена, побеседовать с другими подрядчиками и специалистами по дорожному строительству, чтобы выяснить, почему Кеворкяну так не везло на выделенных его компании участках, узнать, на каких условиях Уллмен приобретал недвижимость и проч. Но если редактор даст вам больше времени, не исключено, что можно выйти на более значительные злоупотребления.

По связям Уллмена с КК материал почти готов, но беседы с другими подрядчиками могут вывести на другие связи. В любом случае интересный материал гарантирован.

Конечно, здесь описан гипотетический случай. Но он показывает, каким образом небольшое усилие с вашей стороны может убедить редактора дать вам время на расследование. Все описанные здесь предварительные действия со стороны журналиста заняли бы в целом 4-5 часов на протяжении нескольких недель.

Джон УЛЛМЕН

Организация данных

Ее смерть была ужасна. Пожилую женщину в доме для престарелых в штате Миннесота нашли висящей под углом к кровати на манер полураскрытого перочинного ножа. Ее задушил специальный медицинский жилет, который должен был предохранять ее от падения с кровати.

Сообщение о смерти, найденное в департаменте здравоохранения штата Миннесота, было клинически холодным. Даже фамилия жертвы не упоминалась.

Многие обитатели приютов для престарелых оказывались жертвами подобных инцидентов.

Журналистка Мора Лернер и я решили узнать о них поподробнее. Но как? В том же департаменте по каждому сообщению о происшествии с летальным исходом вследствие удушения мы находили в картотеке свидетельство о смерти по дате и месту происшествия.

Уже на этом этапе мы пришли к драматическому заключению - сотни пациентов приютов и больниц оказываются удушенными приспособлениями, которые предназначены для их безопасности. Федеральное правительство и ведущие производители этих приспособлений мало что делают, чтобы предотвратить несчастные случаи. В течение долгого времени это оставалось хорошо охраняемым секретом системы здравоохранения.

В течение 8 месяцев мы собирали доказательства этого бедствия, возможно самого серьезного в истории современного медицинского оборудования. Ко времени окончания нашего расследования мы собрали 8 коробок документов, изучили 5 компьютерных баз данных государственных ведомств и провели интервью со многими представителями органов здравоохранения, государственными чиновниками и производственниками.

Без системы организации данных мы запутались бы в собранной информации задолго до окончания расследования. Нам пришлось завести инвентарную книгу, по которой мы могли узнать, в какой коробке или на какой пленке находится нужный материал.

Организация данных, полученных из памяти компьютера или традиционными журналистскими методами, имеет жизненно важное значение для любого журналистского расследования. Человеческая память не в состоянии удержать всю массу накопленной информации. Упускаются важные факты и взаимосвязи. Забываются фамилии. Незаполненными остаются пропуски в сведениях.

Еще хуже, когда информация у вас есть, а вы не можете ее найти. Однажды я видел рыдающего журналиста, который затерял документ, который помог бы ему обвинить крупную корпорацию в том, что она угрожает здоровью населения. Другой опытный журналист на моих глазах пытался найти нужный документ, делая раскопки на письменном столе и лазая по полу.

Наш материал о приютах для престарелых - пример того, как журналисты могут работать с десятками тысяч документов, оставаясь при этом в здравом уме.

Я начал работу над этим материалом, планируя быстро написать о том, как стариков в приютах перекармливают медикаментами. Для этого мне нужно было только проанализировать отчеты соответствующих организаций штата Миннесота, которые хранились в памяти компьютера и выдавались по первому требованию.

Но мой источник из государственного ведомства сообщил мне о другой серьезной проблеме, которая остается без внимания. Страховочные жилеты, ремни и другое оборудование, с помощью которого обитатели домов для престарелых привязываются к кроватям, чтобы предохранить их от падения, приводят к несчастным случаям и к смерти пациентов от удушения.

Подтверждение этому можно было найти в документах о рассмотрении жалоб родственников престарелых пациентов. Я просмотрел около 1 000 таких жалоб в архиве департамента здравоохранения, где стал своим человеком. Настолько своим, что один из сотрудников тайно передал мне секретный документ с подробностями мучительной смерти одного пациента, и я опубликовал громкую статью о том, как стариков привязывают к кроватям против их воли и какие мучения они при этом испытывают.

По ходу расследования Мора привлекла к работе еще одного участника. Это был Монти Хэнсон, вошедший в нашу команду в качестве исследователя. С помощью библиотекаря отдела новостной информации мы собрали почти все когда-либо написанное о медицинском страховочном оборудовании, в том числе статьи из специальных журналов и газет. С помощью семей погибших мы достали копии конфиденциальных документов из больниц и домов для престарелых. Мы познакомились с материалами судебных разбирательств, политических расследований и с заключениями патологоанатомов.

В границах штата Миннесота мы не принимали на веру заключения медиков или следователей о причинах смерти. В ряде случаев удушение выдавалось за естественную смерть.

Вскоре стало очевидным, что проблема выходит за рамки одного штата. Мы распространили сферу расследования на США и Канаду, изучая документы государственных органов, материалы судебных процессов и статьи в специальной периодике.

Для профессиональной оценки рассматриваемых случаев мы привлекли консультанта-медика. Это был доктор Стивен Майлс, врач-геронтолог. Я увидел его по телевизору среди участников национальной конференции и оказалось, что его больница в двух кварталах от нашей редакции.

Доктор Майлс оказался именно тем заинтересованным специалистом, которого мы искали. Но прежде чем ввести его в состав команды, мы провели проверку - нашли в библиотеке статьи о нем, узнали о его трудовом пути и публикациях, поговорили с его коллегами и попросили трех других экспертов дать заключение о его статьях.

Проанализировав для нас более 100 сообщений о летальных случаях по причине удушения в приютах для престарелых, он стал наипервейшим экспертом по этой проблеме в масштабах всей страны.

Для обработки результатов был задействован компьютер. С помощью нашего коллеги Лу Килзера мы ввели полученные результаты в специально созданную базу данных. Рассматривались, в частности, такие аспекты, как правильное и неправильное применение страховочных приспособлений, причины смерти или полученной травмы, нарушения правил.

Большое значение имела также электронная информация различных ведомств федерального правительства и властей штатов о домах для престарелых. Я научился добывать эту информацию старым журналистским способом. Я просто запрашивал ведомства о наличии отчетных материалов в электронной форме, а затем заказывал копии отчетных форм, чтобы узнать, какие вопросы освещены в отчетах. Их оказалось великое множество.

Одна пленка содержит сведения о лекарствах, которые даются пациенту в день поступления в дом для престарелых. Другая - о медикаментозной терапии и медикаментозной зависимости отдельных пациентов. Третья - о расходах на среднестатистического пациента. Четвертая - о проценте пациентов, нуждающихся в страховочных приспособлениях во время сна.

В проведении анализа собранной информации нам помогали помощник редактора по исследовательской работе Роб Дэйвз и консультант-программист Гленн Тригстед. При их содействии мы вывели коэффициент использования страховочных средств для каждого приюта; определили, в каких из них их применение превышает норму; учли по каждому приюту состояние здоровья пациентов, в отношении которых применяются страховочные приспособления, применение "химической страховки", соотношение химической и физической страховки, а также соотношение уровня применения страховочных приспособлений и стоимости содержания пациента в приюте.

С самого начала мы тесно сотрудничали со специалистами-компьютерщиками.

Чтобы узнать, какого рода сведения содержатся на компьютерной пленке, я не только знакомился с формами отчетов, но и беседовал с людьми, которые над ними работали. С учетом имеющихся сведений я мог поставить перед программистами новые задачи. Применяются ли страховочные приспособления в целях сокращения расходов на содержание пациентов? Используются ли медикаменты как страховочные средства? Где больше прибегают к страховочным приспособлениям - в "плохих" или "хороших" приютах? К какого рода пациентам применяются эти приспособления?

Результаты компьютерного анализа понемногу включались в статьи, дополняя общую картину, а не выступая изолированно от серии статей.

Такая же комбинация традиционной журналистики и компьютерного анализа позволила нашей команде оценить положение в масштабе страны. Начав с 33 несчастных случаев в Миннесоте, за 12 лет мы нашли подтверждения смертоносного эффекта страховочных приспособлений более чем в 200 несчастных случаев по всей стране.

Компьютерный анализ потребовался и для того, чтобы оценить среднегодовое количество жертв страховочного оборудования по стране. Для этого были использованы новые данные, в частности электронные отчетные документы системы здравоохранения, которые анализировались экспертами нашей газеты и еще тремя специалистами в разных частях страны.

В итоге мы пришли к выводу, что в США ежегодно погибают более 200 человек в результате удушения страховочными приспособлениями. Это была медицинская катастрофа более крупного масштаба, чем смертность от стимуляторов сердечной деятельности.

На протяжении работы над серией мы и наш редактор Рон Мидор регулярно обсуждали выводы, к которым пришли, и планы на будущее. Каждое утро Мора и я встречались за чашкой кофе и делились соображениями о работе на предстоящий день. Более того, мы старались подбодрить друг друга, когда дела не ладились. Время от времени мы писали служебные записки, докладывали руководству газеты о состоянии дел и достигнутых успехах.

Но самое главное, мы держали под контролем огромное количество данных - научные статьи, свидетельства о смерти, результаты компьютерного анализа, записи интервью с родственниками, работниками приютов и экспертами.

Каждый документ был помещен в тематическую папку и пронумерован. Каждый содержащийся в документе факт был заложен в память компьютера под ключевым словом со ссылкой на соответствующую папку. Точно так же регистрировались факты и мнения из каждого интервью. В отношении некоторых фактов применялись по две-три перекрестных ссылки.

Компьютер мгновенно сортировал ключевые слова в нужных сочетаниях, и мы в любой момент точно знали, какие документы по нужному вопросу у нас есть.

К окончанию работы над статьей предметный указатель к собранным материалам разросся до ста с лишним страниц.

Такие указатели оказывают особую пользу, когда вы готовитесь к интервью, и экономят ваше время, когда вы пишите статью. Мы всегда начинали работу с обращения к указателю вместо того, чтобы рыться в записных книжках и папках. Впоследствии мы выверяли каждую написанную строчку, используя подстрочные сноски, отсылающие к нужному документу. Этот процесс выверки, разработанный бывшим редактором нашей серии Джоном Уллменом, гарантировал нас от возможных ошибок.

Другим важным элементом организации данных является хронологический учет. Мы составили хронологический указатель событий, отражающий действия основного производителя страховочных приспособлений, федерального правительства США и государственных ведомств Канады (последние гораздо больше сделали для решения проблемы, чем регулятивные органы США).

Одновременно мы вели хронологический перечень задокументированных фатальных случаев, связанных с применением страховочного оборудования со всеми имеющимися подробностями. В сочетании с другими материалами в компьютерной базе данных этот перечень позволял нам выходить на определенные закономерности.

Конечно же, мы вели список наших источников с адресами и телефонами.

Организовав таким образом имеющиеся данные, мы могли готовить очередные статьи так, чтобы они отражали положение на самый последний момент. Указатели использовались для определения новых задач, вопросов, на которые предстоит ответить, тематики интервью. Временами казалось, что нам нужен еще один указатель для того, чтобы разобраться в существующих. Один указатель отсылал нас к другому, а тот - к вспомогательному перечню.

К нашему перечню несчастных случаев в домах для престарелых мы составили дополнительный список случаев, когда местные власти неправильно определяли причину смерти. Так, некоторые приюты несвоевременно уведомляли следователя о случившемся, а некоторые патологоанатомы даже не пытались обнаружить следы удушения. Наш медицинский эксперт подтвердил вывод, что в ряде случаев фатальные исходы происшествий со страховочными приспособлениями списывались на смерть по естественным причинам.

Но никакая система организации данных не может полностью заменить работу с источниками. Так, один нью-йоркский следователь вывел меня на учетные документы, ведущиеся здравоохранительными органами штата, которые позволили нам вскрыть еще 11 интересующих нас случаев.

Мора получила информацию от канадского исследователя, которая пополнила наш перечень еще 40 чрезвычайными происшествиями со страховочными приспособлениями в США, жертвами которых оказались больные в креслах-каталках.

Когда пришла пора писать, у нас уже был тематический план, составленный на основе указателей. Мы заранее знали количество и содержание статей. Иными словами, наши указатели были перестроены таким образом, чтобы насытить нужной информацией каждую отдельную статью серии.

Написать статью никогда не бывает легко. Но было бы во стократ труднее, если бы результаты нашего восьмимесячного расследования предстали в виде бумажных завалов на наших столах и напичканных документами папок в выдвижных ящиках без дорожной карты, которая выводила бы нас к нужным материалам. Чтобы наладить такую систему организации данных, потребовалось немало времени, но в итоге она помогла нам сэкономить гораздо больше рабочих часов. Кроме того, у нас осталось чувство, что мы не пропустили ни одного факта и ни одного вывода, которые заслуживали опубликования.

Джо РИГЕРТ,
журналист, имеющий большой опыт проведения расследований

Автор был президентом Содружества журналистов и издателей, занимающихся расследованиями

Материал сайта Национального института прессы

К оглавлению книги...

Другие материалы по теме...


СМИ вообще | пресса | радио | телевидение | интернет


Если у вас тоже есть полезные материалы для журналисткой братии, присылайте их по адресу ...
Создадим вместе самую ПОЛЕЗНУЮ библиотеку для журналистов!

© Максим Пасютин, 2004

Рейтинг@Mail.ru
Пароизоляционный материал ИЗОСПАН FB по доступным ценам
Сайт создан в системе uCoz